Рената Волкиевич: откровенный разговор перед концертом в Сакраменто


Участница шоу «Голос» Рената Волкиевич рассказала о чудесном исцелении. Увидеть и услышать ее жители Сакраменто смогут на Ярмарке, в Southside Park, 19 мая!

К этой колоритной исполнительнице на слепых прослушиваниях повернулись сразу четыре наставника. Рената выбрала все же не Александра Градского, выпустившего всех победителей проекта, а Григория Лепса. Рената родилась в польском городе Люблин. После музыкальной школы она закончила вокальное отделение музыкальной академии в городе Катовице, затем несколько лет училась музыке в США, а с 2009 года живет в Санкт-Петербурге. Накануне приезда Ренаты Волкиевич в Сакраменто, «Диаспора» предлагает вам поближе познакомиться с этой талантливой певицей и мудрой женщиной.

Я шла по зову сердца

– Почему вы решили прийти именно на российский «Голос»? Вы выступаете в США и Европе, легко могли пройти бы на любой из иностранных форматов шоу.

– Потому что я уже много лет живу в России, в Санкт-Петербурге. То есть я не приехала специально на конкурс.

– А почему вы пошли к Григорию Лепсу, ведь победителей выпускает Александр Градский?

– Я не хотела идти по расчету. Я шла по зову сердца. Александра Борисовича считаю великолепным учителем, но моя душа тянулась к Григорию Лепсу. Много лет слежу за его творчеством — его сила, голос и энергетика близки мне. Тем не менее, Александру Борисовичу благодарна: он всегда выражает слова поддержки мне.

– Говорите вы с едва слышимым акцентом, а петь по-русски тяжело?

– Сложность не в языке. Дело в том, что мой акцент звучит непроизвольно, он так или иначе будет заметен, ведь я не родилась в России и не учила язык. Я — самоучка. Но когда учу песню, стараюсь громко читать текст, повторять, шлифовать акцент. Но когда артист поет на сцене, его ведет сердце, эмоции, а не мозг. Как пойдет — так пойдет. Поэтому некоторые огрехи присутствуют. Я бы и раньше пришла на «Голос», но стеснялась акцента. Боялась отрицательной реакции зрителей.

Врачи не могли мне помочь

– Как вы чуть не лишились голоса? Что произошло?

– Я училась в джазовом университете в Польше, и непонятно по какой причине у меня вдруг исчез голос. Я с огромным усилием начала шептать, но меня никто не понимал. Врачи сказали, что на голосовых связках образовались большие полипы, требуется операция. Я отказалась. И в течение года мы лечились всеми возможными способами: уколы, терапия, воздействие на связки. Мне становилось хуже. Я была так истощена от медикаментов, что продолжать лечение не было желания.

– Каковы были перспективы?

– Врачи сказали, что я никогда не смогу петь. Что про сцену и микрофон надо забыть навсегда. Даже говорить не получится. В лучшем случае, говорили они, удастся мой шепот сделать разборчивым для близких. Все. Мне советовали сменить профессию. Спустя год один из лучших врачей в Европе предложил мне сделать операцию — это был последний шанс. Он дал мне две недели подумать, потому что операция была рисковая: надрез лишнего миллиметра связок сделал бы меня инвалидом на всю жизнь — я стала бы немой.

– Что же помогло?

– Вера. В тот сложнейший момент я пришла домой, упала на колени и взмолилась: «Господи! Если нет для тебя ничего невозможного, если то, что я знаю о тебе, правда, помоги мне. Исцели меня». Причем, я не просила о голосе для пения, мне хотелось хотя бы говорить. Это был немой крик. Каждый день вся моя семья, близкие, община молились обо мне. Это было коллективное обращение к небесам. Но голос не возвращался. Спустя две недели я пришла к врачу и сказала, что согласна на операцию. Затем он начал меня осматривать и побледнел. Осмотрел мое горло, бумаги, диагноз. И потом он сел напротив и сказал: «Мне нужно знать, что вы делали в последнее время». Я подумала, что умираю. Но он спросил, к каким врачам я ходила, какую терапию делала. Я ответила, что не ходила ни к кому, потому что надежды нет. Оказалось, что произошло немыслимое. Он сказал, что видит такое впервые за всю историю карьеры. Мои связки стали новыми, как у новорожденного ребенка. На них не было ни одного нароста. Врачи не поняли, что произошло. Другого объяснения этому чуду не было — помогли молитвы. Через некоторое время голос начал возвращаться. И когда на этапе «нокаутов» я пела песню Ларисы Долиной «Стена», я вспоминала этот эпизод из жизни. Мне удалось пробить эту преграду с помощью Бога. Спасибо ему за все.

– В университете доучились?

– Да, я окончила Академию музыки им. Кароля Шимановского в Катовице с отличием. А потом еще поступила на вокально-актерский факультет в Техасский христианский университет, получив полную стипендию. Мой папа — пастор христианской церкви, поэтому мой интерес к вере и к госпелу (духовная музыка) идет из детства. У нас дома всегда звучала музыка.

Нельзя петь о любви, когда сам несчастен

— Ваши песни очень личные, не страшно настолько открываться слушателю?

— Знаете, артист, ставящий свое имя у того или иного произведения, должен принимать его близко к сердцу и душе. Нельзя петь о любви, когда сам несчастен, ведь песня не будет нести в себе силу.

Конечно, у всех нас есть личная жизнь, уголки, которые мы не показываем широкой аудитории. Не потому, что мы гордые, а потому, что не все люди ощущают границы и готовы бережно относиться к чужим чувствам. Поэтому с открытостью нужно быть осторожным.

– Почему в вашей электронной почте присутствует упоминание принцессы Рании — это не связано с женой короля Иордании Ранией Аль-Абдулла?

– Нет (смеется). Принцесса Реня — это я! Это сокращение моего имени. Меня с детства называли принцессой, и до сих пор я себя так ощущаю.

– Расскажите про свое детство. Что было особенным? Какие самые яркие моменты вы вспоминаете?

Самое сильное первое мое воспоминание — это моя семья, это мои родители, любящие своего ребенка. Это мой дом…сейчас у меня будут слезы, потому что я очень люблю своих родителей. К сожалению, я редко вижу их, потому что работаю в Питере, а они живут в Польше. Но я вспоминаю, как мама перед сном каждый вечер с нами молилась, читала нам детские истории. Дом был полон музыки, любви, добрых и теплых слов и веры, потому что тоже были свои испытания, сложности, но мы все это прошли. Во мне это заложило такие железные ценности, такой железный стержень, который до сегодняшнего дня меня держит настолько сильно в этой любви, в этой вере — это мои семейные ценности.

– А есть ли какое-то любимое с детства блюдо?

– Скорее всего котлета по-киевски, с маслом внутри. Хоть дайте мне икру, крабов, я выберу котлету по-киевски. Это все запахи детства, ассоциации.

– Кто из родителей для вас был авторитетом?

– Папа, наверное. Мама очень заботилась о нас, доме. Эта модель общения в семье мне нравится, и я хочу строить такие же отношения, как у моих родителей. И я благодарю свою маму за то, что я сегодня тоже такая. Я очень люблю уют в доме, тепло, обожаю готовить. Я очень простая девушка в этом плане. Папа же всегда показывал, что он мужчина, он главный, он мудрый, он принимает правильные решения.  Я сама по себе очень сильная по характеру, порой тяжело подчиниться общему видению жизни. В наше время женщины часто берут на себя больше, чем им необходимо. Не могут расслабиться и довериться своему мужчине или мужу. Я сейчас понимаю, что дать мужчине право быть главой семьи – не унижение или ущемление наших прав. Это невероятная свобода жить в таком вот порядке, который приводит к успеху в семье, в любой сфере. Когда нарушаешь этот порядок — приходит разрушение в жизнь, исчезает уважение в семье, начинаются проблемы и разводы… Многие пары не понимают ценности своих отношений, не видят радости от такого порядка в управлении домом и семьей.

Мой муж придерживается тех же ценностей, что и я. Он – белорус, который прожил в Америке 20 лет, потрясающий человек. Когда я выходила замуж, была настолько счастлива, что я наконец-то буду «за мужем», за мужской спиной, и у меня не было проблем отдать ему власть. Для меня он — авторитет, а себе я разрешила быть сильной, но слабой женщиной.

– Как совмещать карьеру и оставаться при этом женщиной, которая вдохновляет. Где брать силы и мотивацию?

– Я молюсь, чтобы я не теряла своей силы, но и не задавила ею никого. Любовь реально дает чувство равновесия. Я лидер для своей команды. Сама по себе я была бы железным лидером. Но я узнала про новое лидерство на примере отношения Христа с учениками. И теперь я знаю, когда быть мягкой, а когда железной. Но в отношениях это другое — для меня мужчина главный, нету проблемы в спорах. Не все так считают. Но для меня это будет комфортно, несмотря на мой железный характер. Мой мужчина очень сильный, и я ему доверяю. Мужчина, в принципе, без всяких споров, априори, достоин уважения.

– Есть ли у вас свой секрет успеха?

– Самое главное — следовать своим принципам, не ломать их, не предавать видение за славу и видимый успех. Никогда. Всегда быть верным себе, верным тому, во что ты веришь, никогда не сдаваться, не бояться опозориться и быть слабым. Всегда идти до конца, до содранных в кровь колен, не бояться потерять каких-то ненужных людей рядом. Это труд, труд и еще раз труд. Я поняла всю цену успеха, когда потеряла голос.

Мне казалось, что жизнь закончилась

– Как вы преодолеваете страхи? Ведь реально страшно переступить эту черту между «я боюсь» и «я это делаю».

– Опыт, наверное. Упражнение состоит в том, что я все равно это делаю. И в следующий раз я уже понимаю, чего мне ожидать, и уже не боюсь. И я даже знаю, что мне немножко страшно, но у меня уже подход другой — я настроена внутри абсолютно по-другому. Страх не уходит сам по себе, редко какой страх исчезает сам по себе — его надо преодолевать.

Встал и даже с трясущимися коленями, но пошел вперед. А потом очень часто оказывается, что не так страшно-то на самом деле. А потом сам собой так гордишься. Своими победами. И внутри появляется с опытом преодоления страхов железный стержень. Вот, например, кусок железа — это еще не меч. А попадает в руки настоящего мастера, кузнеца, который из этой груды металлолома делает самый крутой меч: закаляет его в огне, потом окунает в воду, опять в огне, а потом стучит, стучит, оттачивая до нужного состояния полотно, которое превратится в отличное боевое оружие. Мы так должны со своей душой поступать. Все время работать, развивать своего внутреннего человека. Иногда страх – это когда переживаешь какие-то потери, боль, предательство…

Мы, женщины, очень болезненно воспринимаем все, что касается сферы любви и отношений. Я сама через это прошла. Меня предал мой самый любимый дорогой человек за два месяца до свадьбы. Он встретил другую женщину, а в день нашей свадьбы он женился на другой. Такого развития сюжета я и в страшном сне не могла бы предугадать. И я переживала это предательство души, жизни, всего. И казалось, что жизнь моя закончилась.

– Что помогло восстановиться после такого предательства?

– Я была разбита на куски, на миллион кусков. Я не могла очень долго собраться с силами и тут же (опять же, как и с голосом) спасло то, что было с детства заложено моими родителями — вера в Бога, вера в то, что несмотря ни на что, Бог с нами всегда, он в любое время суток готов помочь. И я очень сильно ощущала его присутствие. От сумасшествия меня спасла Божья любовь. Я была настолько сломлена, во мне не было ничего. Я не могу сказать, что была женщиной, девушкой — я была никто, у меня украли все. Это была моя первая любовь, первое такое доверие. Это была все-таки моя свадьба!

Поэтому мне реально помогла моя вера. В моей жизни это непоколебимая вещь внутри меня — вера в то, что все содействует во благо. И для меня есть Лучший путь. Я его пока не понимаю, не вижу. Но я доверяю Богу, Он знает больше обо мне, даже больше, чем я и родители. И Он знает, какой путь будет самым совершенным для меня… Меня не спасли люди, друзья, хотя они были рядом. Но не они спасли. Это приятно, когда кто-то там скажет теплое, да, это нужно, и слава Богу, что есть такие люди, но этой любви человеческой часто бывает недостаточно (все равно ты остаешься один). И бывает такой момент отчаяния, что вот человека другого недостаточно, хоть он отдал всю душу, но этого недостаточно. Есть какая-то сверхъестественная сила у Бога, как будто материя духовная, только она может заполнить пустое. Потому что ничем другим ты не заполнишь — ни выпивкой, ни сексом, ни покупками дорогими, ни карьерой, ничем. Да хоть «задавись» этим всем! Никто! Это такая пустота, что никто в моей жизни, кроме Бога, не может этого заполнить. Я настолько уже это понимаю, что для меня эта ценность дороже всего.

Я много от чего реально отказалась в жизни. Даже вот про карьеру говоря — после «Голоса» были откровенные предложения от высокопоставленных людей — а я не могу… Меня слишком много раз спасала эта любовь, сверхъестественная любовь. Я не могу от нее отказаться.

Вы – лидер прославления церкви «Миссия Благая Весть». Как в мире шоу-бизнеса принимают верующего человека?

Хочу сразу отметить, что я никогда не скрывала, что я верующий человек! Потому что к Богу я пришла, когда была совсем еще маленькой, ведь мой папа – пастор, и вся наша семья является верующей. Когда я появилась на Первом канале, в проекте «Голос», когда попала в команду Григория Лепса, затем в команду Раймонда Паулса, то я всегда пыталась показать то, что находится внутри меня: любовь к Богу, Его чудеса, моя благодарность к Нему!

При этом я никогда не показываю свое превосходство над теми, кто живет без веры, или только начинает делать свои первые шаги в познании Бога. Вообще, мир шоу-бизнеса очень не простой, со своими правилами. Но эти правила не для меня! Я всегда радуюсь и благословляю словами каждого, кто встречается на моем пути, я восхищаюсь и благодарю коллег за хорошую музыку и песню. Пусть это довольно странное поведение для шоу-бизнеса, но я так привыкла делать: благодарить и восхищаться!

Я очень удивлена тем, что многие звезды ищут Бога в своей жизни! И пускай некоторые из них не ходят в церковь, не молятся, но они ищут Его! Есть, конечно, очень зрелые личности в духовном плане. Например, мой учитель и наставник – Григорий Лепс, который постоянно молится, постится. Григорий знает многие ответы на вопросы, благодаря общению с Богом.

– Вы молитесь перед выходом на сцену?

– Конечно, ведь только сила молитвы может творить чудеса! Для меня молитва – это как микрофон. Забыть молитву перед выходом на сцену – значит забыть микрофон перед исполнением. Разве люди в огромном зале будут слышать меня без микрофона?

Для артиста очень важно, чтобы публика, которая находится в зале, слышала тебя и переживала вместе с тобой. Потому что миссия певца – прийти и донести через слова и музыку то, что успокоит зрителей, даст им ответ, поможет в какой то ситуации.

– На «Голосе» вас поддерживал представитель православной церкви — отец Фотий. Некоторых это удивило.

– Да, у нас близкая дружба! Мы общаемся ежедневно: на тему веры, церкви, «Голоса», силы, жизни. У нас очень теплые отношения, мы на одной волне. И нас не разделяет конфессия или название церкви. Любовь к Богу, которая живет в нас, объединяет. Мы молимся друг о друге и стараемся держаться вместе на проекте.

После выступлений на «Голосе» в мой адрес льется много грязи. Но я ощущаю себя честным, искренним, достойным, не завистливым человеком, во мне живет Бог. Любовь побеждает все! Если мы хотим получать добро в жизни, то надо отдавать его. Этим я и занимаюсь.

Увидеть и услышать шоу Ренаты Волкиевич и ее мужа, музыканта и певца Феликса Луцкого жители Сакраменто смогут на Ярмарке, в Southside Park, 19 мая!